Глухой выстрел вдали: «Строшек» Вернера Херцога

ih6ckkhebpw
«Строшек», 1977

«Перед Бруно медленно закрывают двери и ворота…. Бруно отстраняют….».

Строшека, бывшего немецкого заключенного, ищущего в США счастья, уже нет. Он говорит о себе в третьем лице, ликвидируясь из окружающей действительности. А все потому, что действительность из раза в раз вычеркивает Строшека. Все его попытки наладить свою жизнь с треском рушатся, любые порывы отряхнуть с потрепанной одежды тюремную пыль безуспешны. Единственный выход для Строшека из замкнутого круга канатной дорожки — глухой выстрел где-то вдали. В дали, куда его не пускали.

Порой в диегезисе фильма становится действительно тесно. Одно из наиболее частых пространств в фильме — рабочий стол Строшека. Плоскость стола образует угол с краем рояля, создавая ощущение легкой клаустрофобии, тесноты. Есть примечательный кадр с некоторым элементом вуайеризма: Ева и Строшек разговаривают в гостиной, но мы видим ровно столько пространства, сколько нужно, чтобы видеть лишь двоих людей, остальное пространство кадра заменяют стены. Мизансцена выстраивается таким образом, что внимание зрителя акцентируется на элементе отгороженности, обособленности героя от мира.

cfr-6-lsdz0
«Строшек», 1977

Фильм отгораживает Строшека от свободного пространства, замыкая его в коробку мизансцены. Длинный тюремный коридор, но перед камерой – решетка, как бы перечеркивающая эту перспективу, а за ней — Строшек. Далее — дублирующая приведенную мизансцену обстановка, но вместо решетки — железная дверь. Тянущееся до линии горизонта поле «перечеркивается» новым домом Евы и Строшека, такой же бескрайний лес как бы пересекается тянущимся от одного края кадра к другому озером. Характерно, что оградой для Строшека порой служит не нечто непроницаемое, не четвертая стена в буквальном смысле – это может быть и предмет: голова допрашивающего Строшека инспектора, или клетка, стоящая прямо перед Шайцем в момент его разговора со Строшеком и Евой. Однажды четвертой стеной фильму послужил и сам Строшек, вышедший на лестничную клетку и увидевший внизу, у ступеней, давних неприятелей. В фильме, таким образом, нередко используется эффект четвертой стены, замыкающий Строшека в пространство мизансцены и отгораживающий его от какой-либо перспективы. Строшек взят в круг мизансцены, напоминающий клетку. В большинстве случаев присутствующая в кадре перспектива является мертвой зоной — герои в ней не действуют. Так, например, сцена встречи Евы и Строшека в баре. В помещении кафе есть глубина, но герои за столом находятся на переднем плане: глубина показывается для того, чтобы дать зрителю понять ее «бесполезность».

uuuheaqxvqk
«Строшек», 1977

Наиболее часто обыгрывается перспектива в сценах с машинами на дорогах, но опять-таки стоит отметить, что весьма специфически. В финале Строшек едет по дороге в тумане, сглаживающем резкость перспективы, а ранее едет в машине с Шайцем и Евой с двух ракурсов — спереди и сзади. Машина движется не из перспективы — уходящую вдаль дорогу видно лишь в заднее стекло, и попытка машины проехать в одном плане достаточно долго для того, чтобы обыграть перспективу, пресекается сменой ракурса. Подобным образом снят эпизод выхода Строшека из тюрьмы — он уходит от тюремных ворот вдаль, а затем мы видим его впереди, идущим по улице, и не на камеру, а мимо – будто бы вдоль стены.

tq4arw0yf1m
«Строшек», 1977

Глубину мизансцены фильма обретают лишь в финале: Строшек оставляет свою машину кататься по кругу, а сам отправляется в парк аттракционов, где там катается по кругу на канатной дорожке и внезапно выпадает из этого круга. Канатная дорожка уходит в перспективу, вверх, и перспектива здесь в кои-то веки не упразднена: глубину не скрывают никакие предметы, и дым ее скрывает не сразу.

Строшек уезжает, исчезает из кадра, и лишь после звука выстрела перспективу канатной дорожки застилает дым от горящей машины Строшека. С этим дымом по звуку монтируется пляшущий в клетке петух. И «Мы не можем остановить этого пляшущего петуха».

Автор: Анастасия Лежакова.

Автор текста

Анастасия Лежакова
Анастасия Лежакова
Киновед с головы до пят. Ходячая библиотека. Летает, как Питер Пэн, но за счёт книжной пыли. За Мозжухина и двор стреляет в упор. И вообще — лучшая.

Комментарии: