Рон Фрике: Современный гений «чистого кино»

Что есть документальное кино? Говорящие головы, выдаваемые создателями фильма за экспертов в той или иной областях? Или, может, закадровый голос, монотонно читающий свой текст под смену кадров? А, может, ведущий, гуляющий по локации и рассказывающий с экрана об ее истории? И должен ли вообще кто-то говорить? Можно ли обойтись без рассказчика и даже без героя?

Можно долго и обстоятельно рассуждать о законах построения неигрового кино, а позже, посмотрев одну из работ Рона Фрике, понять, что в документальном кино, как и в игровом, нет рамок самовыражения. Для Фрике документалистика и изображение в ней — это не просто способ показать необычность или экзотичность выбранных мест — это язык, способ рассказать историю через красоту и уродство окружающего нас мира. В его «Бараке» и «Самсаре» нет ни диалогов, ни монологов, никакого вербального контакта со зрителем, однако именно это позволяет автору полностью погрузить аудиторию в свое пространство. При помощи прекрасной музыки Майкла Стернса и монтажа самого Фрике, мы не просто посещаем более 30 стран мира, прочувствовав культуру почти каждого народа, но и за какие-то три часа успеваем поговорить о жизни и смерти, о спокойствии и хаосе, об истории и бесконечности.

«Барака», реж. Рон Фрике, 1992

Особенно ярко выражены эти темы в «Самсаре». Фильм, который создавался пять лет, а вышел через 19 после «Бараки». Фильм, содержащий в себе много как технических, так и сюжетных средств, —  от идеального монтажа до визуального сюжета и закольцованной композиции. Фильм, снятый полностью на 70-мм пленку, что, в свою очередь, добавило авторам проблем на последних стадиях производства из-за сложного обращения с ней во время монтажа и на пост-продакшне. Фильм, который является самой сложной, комплексной и масштабной работой Фрике и его команды, ставящей точки во всех темах, поднятых Роном до этого.

Удивительно, как режиссер создает на экране образы, подвязывая одну культуру (страну, город, религию) к другой или одно настроение к абсолютно иному. Вот мы следим за женщиной. Она исполняет один из народных танцев восточных племен Индии. Женщина останавливается, складывает руки, словно входя в медитацию, закрывает глаза, и тут мы летим над песчаными бризами Арабских Эмиратов. Режиссер таким образом не только показывает спокойствие, но и делает более плавный переход в другое место за счет общего настроения в обеих сценах и метафоричного значения песчаных дюн, как символа спокойствия и гармонии. Заканчивается фильм очень похожим переходом, что знаменует собой идею цикличности жизни.

«Самсара», реж. Рон Фрике, 2011

Или вот другой момент, уже из «Бараки». В кадре толпа, каждый бежит по своим делам. Казалось бы, ничего необычного. Совершенно стандартный японский вокзал, час-пик, камера помещена в угол холла. Однако есть две необычные детали. Во-первых, движение людей ускорено в несколько раз и больше напоминает кровообращение (образ пульсирующей в любом уголке мира жизни). Во-вторых, ход толпы периодически сменяют кадры с цыплятами, которые на большой скорости падают куда-то с конвейера (куда именно — авторы не демонстрируют). Это создает ощущение ещё большего мельтешения среди кучи народа и подчеркивает незначительность каждого отдельного взятого человека в этом огромном мире. Здесь Фрике наверняка цитирует сам себя и повторяет эпизод из «Кояанискатси» Годфри Реджио, где он выступил в роли оператора. Правда, вместо цыплят в том фильме на конвейере были сосиски.

Стоит понимать, что метафоры внутри каждого эпизода — всего лишь вершина айсберга. В каждом из фильмов есть своя четкая композиция и центральная тема. Например, в «Самсаре» практически каждый кадр меняется на противоположный по тону. Так, после города показывают лес, после пустынь — развалины, а после свалок — чистые поля, подчеркивая тем самым контрастность разных состояний бытия. В «Бараке» внутрь многих сцен — как в том примере с цыплятами — «вклеивают» дополнительный смысл. Да и не будем забывать — обширность темы требует обширного ее рассмотрения. Видно, насколько Фрике интересно копаться в выбранных им темах, благодаря чему мы получаем отдельные сюжетные линии и даже нелинейное повествование.

Например, в «Самсаре» есть дополнительная сюжетная ветвь, раскрывающая проблему оружия и войн в современной истории. Реализована она аккуратно и ненавязчиво. Например, можно не сразу понять связь сцены с аборигенами и завода по изготовлению оружия, но вскоре (минут через 10) все встает на свои места. В конце, после кадра с маленькой девочкой, держащей ружье, и крупного плана солдата без половины лица, стоящего на кладбище, снова появляются аборигены, но уже вооруженные автоматами. И в один момент картина идеального мира, где раньше бегали дети и царила гармония, исчезает.

«Самсара», реж. Рон Фрике, 2011

Оба фильма критикуют современное урбанизированное общество. От сцен с офисным планктоном и бескрайними помещениями из «Самсары» до мегаполисов в «Бараке», предстающих однотонными и безликими каменными джунглями. Особенно характерен момент с «клонами», когда режиссер показывает крупным планом двух людей, но в одном из них чувствуется что-то искусственное, ненастоящее. Вскоре становится четко слышен лязг механизмов в движениях второго человека. Да, это не живое существо, а обычный робот. Машина, запрограммированная шевелить глазами и ртом. Бездушный котелок, лишь внешне похожий на стоящего рядом «товарища». Одновременно жуткий и глубокий момент.

И вот такой весь Фрике. Там, где перестают работать образность и монтаж, помогают музыка с операторской работой. Там, где, казалось бы есть набор простых картинок, — рождается целая история. Там, где нет ни слова, «говорят» гораздо больше, чем во многих чисто диалоговых фильмах. Из всех работ Рона в первую очередь стоит садиться за «Самсару». Это его главный проект, в котором многие важные сцены из прошлых фильмов либо пересняты на более более высоком уровне, либо развиты в полноценные линии, однако важно иное — то, как изящно у Фрике получается превратить «набор картинок» в искусство, рассказав целую сквозную историю с кучей ответвлений, и, одновременно с этим, показать всю красоту и уродство нашего мира разом.

Оба фильма — и «Самсара» и «Барака» — наши друзья из компании «ИноеКино» показывают на большом экране в Москве и Петербурге. Подробности и билеты по ссылке.

Автор текста

Павел Зотов
Наш новенький. Темная лошадка из Челябинска.
Ещё статьи от этого прекрасного человека

Комментарии: