«Не в себе»: Айфонополис

В этом году Берлинале, расстроив основной конкурсной программой, всё же сумел реабилитироваться, предложив зрителям стать участниками чуть ли не исторического момента. В феврале этого года, как и в 1989 году, Стивен Содерберг ткнул в нос кинематографическому сообществу важностью технологических новинок и, вероятно, запустил (или, скорее, продолжил, Шон Бейкер с «Мандарином» оказался первым)  тренд в кинематографе. Если 1989 году это был тренд на видеокамеры, с помощью которых тоже, оказывается, можно снимать настоящее кино, то в 2018 году фильмом «Не в себе», возможно (время покажет), началась эпоха «iPhone-кино».

Казалось бы, на пресс-конференции стоило ждать жарких споров об обесценивании кинематографа как искусства, чрезмерном упрощении всех процессов его создания и полной технологизации. В реальности же коллеги мило беседовали со Стивеном об особенностях съёмки на iPhone, об ощущениях режиссера и актеров и о планах развития этой формы. Видимо, Содерберг ещё с самого начала, фильмом «Секс, ложь и видео» (1989) закрепил за собой право устраивать мини-революции в независимом кинематографе, которым уже и не противостоят.

«Не в себе», 2018

Безумной одержимости режиссёра техникой и идеей о тотальной слежке, которая началась ещё в дебютном «Сексе, ложи и видео», в его новом фильме нет предела. Любому безумству, на самом деле, здесь нет границ. К слову, «unsane» можно перевести как «безумный, сумасшедший». Начиная с сюжета и заканчивая форматом, фильм загоняет в тиски и героев, и зрителей, развязывая руки только режиссёру, который задокументировал мир, сошедший с ума, и показал его нам. «Не в себе» – это не только про добротный психологический триллер, где жертва и охотник постоянно меняются местами. Не только про оправданную грубость в сюжетных поворотах и нешлифованность картинки. «Не в себе» – это про наше современное: фетишизмы, неврозы и расстройства, частное и публичное, человеческое одиночество в эпоху виртуальных коммуникаций. Содерберг iPhone камерой-ручкой (фр. caméra-stylo) беспардонно нам про наш же мир и рассказывает. Беспардонно и образно.

Мир главной героини Сойер Валентини — это соблюдаемая с математической точностью последовательность действий. Работа на должности аккаунт-менеджера в банке, ланч в парке и одновременный звонок маме по FaceTime, свидание с новым парнем-однодневкой из Tinder. Строгий контроль помогает Сойер держать себя в душевном равновесии. Зачем? Это послевкусие от травматического опыта противостояния персональному сталкеру, которого вроде бы уже и нет в жизни. Но из кустов вместе со зрителем кто-то за героиней всё же подглядывает. А как только случается небольшой психический сбой, зритель следом за героиней скатывается в невменяемость. В глухие стены психобольницы, к глухим санитарам и правоохранительным органам, где неясно, кто оказывается не в себе – «мы» или «они»?

«Не в себе», 2018

Эквивалентом смирительной рубашки для зрителя становится регистрирующий события iPhone, что всё-таки оправдывает формалистский жест Содерберга. Притуплённая чувствительность телефонной камеры и её вездесущность превращаются в рабочий инструмент для создания давящей атмосферы психушки, потерянности и сомнений в себе Сойер, устрашающе фанатичной слежки за ней её преследователем. iPhone грубо документирует созданную действительность, сокращая дистанцию между зрителем и экраном, камерой и актёром, режиссёром и кадром. Привычная для каждого из нас любительская эстетика картинки не может не наводить на мысль о том, что каждый из эпизодов – из нашей новостной ленты, произошедший с кем-то из друзей. Психологический триллер выходит из рамок киножанра и поселяется в нашей реальности.

«Не в себе», 2018

Пусть лейтмотив навязчивости в фильме и стремится явить сам себя в разных ипостасях: в нарастающем убеждении Сойер в собственной невменяемости, монотонности и рутинности устройства психбольницы, холодных сине-голубых тонах каждого кадра. Самой навязчивой всё же остается мысль: «Это было снято на телефон». Может, оно и хорошо – к концу фильма кажется, будто ты и сам словил невроз особого рода. Но с другой стороны, все остальное – сюжет, игра актёров, находки жанра остаются недостаточно проработанными командой и недостаточно критикуемыми зрителями. Мы, как не в себе, твердим: «Теперь можно снимать большое кино и на свой карманный телефон». А потом пугливо оглядываемся – вдруг наш сосед уже начал снимать свою историю про нас?

Содербергу всё же хочется то ли радостно, то ли нервно поаплодировать. Если не за остроумные игры с жанром, то за паранойю, которую он поселил в каждом из зрителей. С iPhone-камерой кино вдруг стало ближе к нам и страшнее, а мы друг от друга – дальше и изолированнее. Так что бежим скорее в кинотеатры, чтобы жаться друг к другу, прятать свои телефоны в карманы и вместе следить за кем-то третьим.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, пожалуйста!

Автор: Влада Лодеск. 

Комментарии: