41-й ММКФ. День четвёртый и пятый. Бог существует, его фамилия — Костомаров

День четвёртый

В этот день на ММКФ было сложно определиться с эмоциями касательно фестивальной программы. Всё началось с утра пораньше за здравие. Мы по достоинству оценили спорное, но неожиданно ставшее близким «Вонгозеро» Павла Костомарова. И на волне ярких впечатлений устремились прямо в карьер на сеанс иранской драмы «Моя жизнь на втором курсе». После победы над желанием лечь на боковую, казалось, что этот день уже ничто не спасёт. Однако программа «Эйфория наваждений» вновь послужила нам хорошую службу. День закрыл еще один хит Берлинале. На сей раз — более-менее заслуженный и смотрибельный.

«Эпидемия: Вонгозеро» (основная программа)

Если и найдётся фильм из основного конкурса, на который все кому не лень будут спускать собак, то это сшитые в полный метр первые несколько эпизодов сериала Павла Костомарова для THT-PREMIERE. Крайне лёгкая мишень для хейта, особенно среди лент, которые реально на что-то да претендуют в культурном плане. Но пока большинство негодующе спрашивает о том, как это чудо смогло оказаться в программе ММКФ, мы радуемся этому с каждым днём всё сильнее и сильнее. Ведь этой программе крайне не хватало столь яркого захода в чистый жанр. Бешеный, необузданный, драйвовый, кэмповый, смешной, жуткий, грустный и попросту эффектный пандемик-триллер, совмещающий в себе столько всего разного, но ни разу от этого не перегруженный. С помощью крайне подвижной и выдающей невероятные пируэты камеры Давида Хазникова, фильм (его не стыдно называть фильмом!) прибавляет в динамике ещё сильнее положенного. Аудио-приветы композитора Александра Соколова работам Джона Мёрфи и Дэниэла Пембертона греют киноманские сердца. Прекрасный актёрский состав, из которого особенно сияет женский каст (Исакова и Спивак) и как всегда шикарный Александр Робак, делает персонажей максимально правдоподобными и симпатичными. Хотя тут огромная заслуга отличного скрипта Романа Кантора, потчующего как лихим безумием, так и мощными эмоциональными сценами.

«Эпидемия Вонгозеро», реж. Павел Костомаров, 2019

На фоне того, что делала Дирекция Кино или Россия-1 со своими крупными проектами, вроде «Викинга» и ему подобными, работа Костомарова вызывает если не восхищение, то громадное уважение. Не спорим, что заканчивать фильм титрами, поясняющими дальнейшие события — ход несколько рискованный, но верим, что телевизионная «Эпидемия» сполна покажет на что способна. Если нет, то у нас останется очень крутой и самостоятельный фильм. 

«Моя жизнь на втором курсе» (основная программа)

Грустно, когда интригующее описание на поверку выдаёт крайне сонливое зрелище. Каким новый фильм Расула Садрамели и является. Околодарденновская бытовая драма молодой иранки, вынужденной разруливать проблемы своей непутёвой подруги (в ходе несчастного случая впавшей в кому), оборачивается душной ближневосточной мыльной оперой в самом худшем смысле этих слов. И это тогда, когда материал позволять выжать из себя грамотно структурированную социальщину про то, как ханжество одних приводит к общественному порицанию любых, кто попадётся под руку волею случая. Но Садрамели нужно было сделать мелодраму, да такую, что первые ассоциации возникают с мерзопакостными coming-of-age-шедеврами Netflix, в которых конфликт раздувается на пустом месте, а персонажи не вызывают ничего, кроме того самого порицания. Абсолютно заслуженного.

«Моя жизнь на втором курсе», реж. Расул Садр Амели, 2019

Ведь «Жизни на втором курсе» не хватает интриги, искренности, энергии и всего того, что могло бы удержать зрителя у экрана или как-то проникнуться историей. Те несчастные, что не ушли с показа до финальных титров, рисковали провести полтора часа в царстве Морфея. И можем вас уверить — таковых было много. 

«Пираньи Неаполя» (программа «Эйфория наваждений»)

Пятый по счёту полный метр Клаудио Джованнези, одного из постановщиков сериальной «Гомморы» — фильм с ног до головы зрительский и жанровый. В «Пираньях» дух бандитской романтики, попутно опаляемый жарким итальянским солнцем, без конца рассекает по экранному пространству. Тем самым преображая малолетних моральных уродов, что были в оригинальном романе Роберто Совьяно, в обаятельных беспредельщиков. Слишком идеальных и шаблонных, чтобы в них поверить. У таких и озорная пальба по телевизионным спутникам из штурмовой винтовки обойдется без рокового рикошета в печень, и кровавый путь на мафиозные вершины выглядит максимально бескровно и компромиссно. И очень странно, что эта лёгкость, подкрепляемая шикарными работами постановщика, оператора и непрофессиональных молодых актёров, нивелирует достоинства очень ладно адаптированного сценария, накидывая ему проблем с темпом и по итогу оставляя очень пресное послевкусие. 

«Пираньи Неаполя», реж. Клаудио Джованнези, 2019

День пятый

Люди, ответственные за расписание пресс-показов на ММКФ — большие молодцы. Воскресное утро началось с «Воскресенья» (пардон за тавтологию). И признаться честно, мы хотели, чтоб на нём всё и закончилось. В прямом и переносном смысле. Но тут снова на помощь поспешил Андрей Степанович Плахов со своей берлинской программой, прихватив с собой дивную македонскую ленту «Бог существует, её имя — Петруния». Хохот в зале стоял такой, что омрачённое начало дня тут же заиграло новыми и яркими красками. 

«Воскресенье» (основная программа)

Русскоязычное кино на 41-ом конкурсе ММКФ бьёт не в бровь, а в глаз. Трансцедентальная драма Светланы Проскуриной об одном дне из жизни государственного служащего — объективно лучший фильм всего фестиваля. Искусно написанный Екатериной Тирдатовой, снятый медитативными планами Артёма Емельянова и эффектно сопровождаемый музыкой а-ля Джонни Гринвуд (не ирония), фильм, со всем его психологическим накалом, навевает приятные ассоциации с поздними лентами Кроненберга и Линн Рэмси.

«Воскресенье», реж. Светлана Проскурина, 2019

Однако, при всей его метафизике об эмоциональном опустошении и моральном перерождении главного персонажа, сыгранного восхитительным Алексеем Вертковым (лучший мужской перфоманс на весь фестиваль), «Воскресенье» по-правильному социален. В демонстрации конфликта простого народа с богатеями у власти фильм не пускается в нарочитую лозунговость или пошлую провокацию. Но при этом асфальтовым катком проходится по всем, кто того заслуживает. Ведь во всём виноваты все, прощать мы не умеем. А вот с маниакальной упорностью выдергивать нервы пинцетом — это завсегда. 

«Бог существует, её имя — Петруния» (программа «Эйфория наваждений»)

Учитывая последние тренды и склонность делать фильмы только для того, чтобы кому-то угодить, описание «Петрунии» не вызывало никакого доверия. Пухловатая неудачница рискнула вторгнуться в проведение православного ритуала ловли святого креста, участие в котором дозволено только мужчинам, и осмелилась обыграть своих соперников, чем вызвала ярость толпы и недоумение власть имущих. Каково же было наше удивление, когда восторги западной прессы и высокие ожидания зрителей максимально оправдались. Теона Стругар Митевска, рассказывающая историю о великовозрастной бездельнице и её неравной битве с ортодоксальным патриархальным строем, в последнюю очередь хочет сделать из неё некий феминистский памфлет. При этом фильму удаётся высказаться о наболевшем куда выразительнее, чем с этим справлялись последние нашумевшие хиты для прогрессивной агенды.

«Бог существует, её имя — Петруния», реж. Теона Стругар-Митевска, 2019

Ведь «Петруния» полностью осознаёт идиотскую природу центрального конфликта, издевательски переводя стрелки на более важные вещи, будь то проблема безработицы, пагубного влияния медиа или противоречия правил божьих и законов людских. Это шикарная антиклерикальная сатира. Если бы такое кино сняли на территории России, оно бы навело шуму и смогло воззвать к общественной сознательности. Трогательная, смешная и мудрая вещь, в которую очень сложно не влюбиться.

Авторы: Артём Кузовенко, Егор Луканин. 

Комментарии: