Чудесная земля «Асса»

«Асса» Сергея Соловьёва выходит в повторный прокат, и по этому поводу мы решили написать несколько слов. Принимаясь за статью, невольно ставишь себя в позицию объясняющего, демонстрируешь своё особое зрение и стараешься удивить приведёнными фактами. Эта мучительная и одновременно приятная процедура многим знакома, но тут вдруг выяснилось, что она не всегда нужна. Так, например, в отношении «Ассы» не хочется ничего объяснять, демонстрировать и идти на интеллектуальные ухищрения. Все и так всё знают. На этом моменте самое время перейти с формального редакционного «мы» на речь от первого лица, потому что последнее утверждение определённо требует личных пояснений. Я расскажу историю.

«Асса», 1987, реж. Сергей Соловьев

В прошлом году мне позвонили с неизвестного номера. Я не очень люблю говорить по телефону с незнакомыми людьми и обычно подобные звонки игнорирую, однако на этот раз почему-то решила ответить. Молодой человек с того конца коммуникативной трубы спросил меня тоном телефонного хулигана: «Скажите, пожалуйста, а у вас, случайно, нет мальчика Бананана?» Я не растерялась и подыграла: «Нет. А разве он не у вас?» Конец диалога можно легко достроить в воображении, таинственный незнакомец обошёлся без импровизации. Вдогонку прилетела смс с благодарностями «за содействие в поисках друга», а я взбодрилась и повеселела. Этот короткий разговор на какое-то время подарил мне ощущение тайны, маленького приключения на ровном месте. Довольно скоро выяснилось, что звонил младший брат моей подруги, которому на тот момент было пятнадцать лет. И на мой взгляд, — это хороший повод сделать кое-какие подсчёты.

Итак, сейчас этому парню шестнадцать. Мне двадцать два. Фильм «Асса» был снят в 1987 году сорокатрёхлетним режиссёром Сергеем Соловьёвым. Эти дистанции довольно красноречивы: они говорят о том, что конфликт молодого, живого и слабого со старым циничным и сильным архетипичен. Он задевает разных людей, формировавшихся в разное время, и не требует замысловатых объяснений. А для наших широт оказывается особенно чувствительным местом, потому что какие-то изменения, вроде бы, происходят, а проблема всё никак не исчезает, вот наши сердца и продолжают требовать перемен. Конфликт будто забетонирован, вынужден быть элементом вечного возвращения, заставлять новых мальчиков Банананов отстаивать своё право на ношение серёжки. Может, за счёт этого и живём. Довольно трудно представить мир, где люди, которые поняли, как чувствовать себя зрячими, окончательно победили. Или же это просто удел молодости — ощущать себя человеком, случайно попавшим за оцепление? Пока ещё трудно дать настоящий ответ, зато однозначно можно сказать, что Сергей «Африка» Бугаев стал образцовым воплощением свободного духа. Его лохматые эпигоны встречаются всюду, но не всегда понятно, что с ними всё-таки происходит и куда они деваются.

«Асса», 1987, реж. Сергей Соловьев

Не хочется спекулировать на теме борьбы, говоря лишь за одну из сторон. Конфликт касается не только банананов, но и стариков козлодоевых. Значение Крымова, героя Станислава Говорухина, не сводится к тому, чтобы просто оказывать противодействие. «Асса» касается всех, потому что режиссёр не занимает обвинительную позицию, не стремится превратить антагониста в топорное тупое зло. Андрея Валентиновича ставят в непростое положение, он по-своему несчастен, и причина его действий кроется не в коварстве, а в убеждённости, будто жизнь можно двигать только такими способами. Это персонаж, который оказался в самой острой драматической ситуации: в конечном итоге именно он несёт самые большие потери.

В пропагандистских фильмах сталинской эпохи носители неугодной идеологии разлучают влюблённых: тот, кто препятствует любви, в глазах зрителей автоматически делается плохим парнем, а его взгляды и убеждения расцениваются как ложные. В «Ассе» не сразу становится понятно, кто кому препятствует, в этом и проступает весомость конфликта. Если бы не существовало лазейки для сопереживания Крымову, то проблема могла бы показаться преувеличенной, однако корни противостояния всё-таки прочно связываются с заэкранным пространством, и мы спокойно продолжаем верить и всё понимать.

Станислав Говорухин на съемках «Ассы»

Подобные утверждения были бы голословными, если бы не Алика (Татьяна Друбич). Она во всей этой истории — tabula rasa, с ней изначально соотносит себя зритель, который не подозревает о делении на какие-то там стороны. Её выбор очень существенен, и ещё более существенно то, каким образом героиня о нём заявляет. Алика убивает Крымова, тем самым поступая как Крымов. Её слова о том, что она уже не ребёнок, превращаются из наивной убеждённости в осмысленное заявление. Кажется, что в «Ассе» нет точки, а есть только завершение, которое следует чеховской традиции недоверия к финалам.

«Асса», 1987, реж. Сергей Соловьев

Сергей Соловьёв, говоря об «Ассе» в своих интервью, акцентирует любовный конфликт как главный и единственный. Он отмахивается от идеологических смыслов и от этой статьи, скорее всего, отмахнулся бы тоже. Стоит напомнить, что режиссёры — хитрые люди, которым важно создать определённый образ, а интервью — хороший материал для осуществления подобных целей. Конечно, нельзя исключать того, что Виктор Цой и группа «Кино» попали в картину чуть ли не случайно и что «протестная мыслящая молодёжь» потянулась на съёмки лишь только забавы ради. И вообще, всё это — и Александр Баширов с потрясающим импровизированным монологом, и песни Бориса Гребенщикова, и лилипуты — лишь череда совпадений, подогретых амбициями режиссёра сделать культовую картину. Но всё-таки нарочито условный негр Витя в исполнении Дмитрия Шумилова и линия заговора против Павла I не могут не подталкивать к рефлексии, пусть и лёгкой. Это никак не конфликтует ни с тем, что молодая любовь победила, ни с тем, что все и так всё понимают. Ведь «Асса» как остров, на котором всё есть: мы смотрим на его изгибы и хоть какой-то из них, вне зависимости от природы происхождения, обречён на правдивое, согласное узнавание. А если верить глазам и ушам, то можно заключить, что в конце фильма Виктор Цой поёт своё «Перемен», известное очень и очень многим. Так не будем лишать эту сцену её значения.

Комментарии: