«Черная пантера»: Не грози Ваканде

Давным-давно в самом центре Африки грохнулся метеорит. Не простой, а из вибраниума — чудо-металла, способного поглощать звуковые волны, кинетическую энергию и творить разного рода чудеса. Пока остальное человечество училось пользоваться копьями, несколько африканских племен развились настолько, что им уже и нано-технологии никакие не нужны. От внешнего мира жители Ваканды разумно прячутся и лишний раз не выходят в свет, пока кому-то не удалось стащить кусок вибраниума и крепко насолить маленькой, но гордой нации. Новоявленному правителю, занявшему место недавно погибшего отца, приходится облачиться в народный костюм из латекса и в компании боевых девиц искать и карать обидчиков.

Интересно представить, как мог бы преобразиться этот типовой марвеловский продукт, если бы из него сделали нормальный шпионский триллер-догонялку. Все задатки для этого есть. В лучшие моменты он может напомнить последние серии «Бондианы» с Роджером Муром: умеренно маразматический сюжет, оживленный разного рода хитропридуманными гаджетами и комичными злодеями. Вместо Грейс Джонс из «Вида на убийство» — толпа прекрасных темнокожих воительниц, едва отличимых друг от друга, а Кристофера Уокена из того же фильма на какое-то время заменяет Энди Серкис, который, наконец, может смело валять дурака, не будучи облаченным в костюм с датчиками движения. Обаятельная артистка Летишия Райт воплощает одновременно Мисс Манипенни и Кью. А Мартина Фримана периодически кто-нибудь спасает.

«Чёрная пантера», 2018, фото: WDSSPR

Но все хорошее рано или поздно заканчивается. К сожалению, во второй половине начинается детская версия одной известной шекспировской трагедии. Герои медленно ходят вдоль зеленого экрана, декларируют напыщенные монологи и периодически дерутся. Удивительно старомодный ритм можно оправдать трехэтажным сюжетом и чуть более сложным конфликтом, чем обычно. Но как жанровое кино он не работает совсем. Marvel всегда работали со скрещиванием различных конвенций, но уже к середине 2010-х стратегия выработала себя. Начавшись с ярких и остроумных фильмов, франшиза превратилась в конвейер по производству винегрета, который все по привычке едят дважды в год. «Черная пантера» чуть удачнее и куда амбициознее последних работ студии, но до уровня даже второй фазы ей очень далеко.

Райан Куглер — вполне талантливый постановщик, которому пока страшно не хватает опыта в зрелищном кино. Экшн-сцены поставлены блекло и без особой фантазии. Два важных эпизода происходят на краю водопада, но никакого внутрикадрового напряжения в них нет: вместо опасности чувствуешь только неловкость за крепких мужчин, вынужденных барахтаться в бассейне на фоне зеленого экрана. Пластика же Черной пантеры не использована практически никак — это просто быстро бегающий чувак в костюме из латекса, никакой грации, одна физкультура. Еще по куда более выразительному и зрелищному «Криду» заметно, что Куглер тяготеет к длинным дублям, но здесь все хорошее порублено в капусту. Вместо музыки — биты с африканскими мотивами и обрезки треков Кендрика Ламара. А вместо стиля — дешевые понты.

«Чёрная пантера», 2018, фото: WDSSPR

Чуть ли не впервые в киновселенной Marvel попытались создать серьезного злодея. Проблема только в том, что еще на заре франшизы авторы весьма мудро отказались от Зла. В их мире возможен только конфликт хорошего с лучшим, Добра с мелким локальным злом (даже если это боги из скандинавской мифологии). Любой противник у них изначально неправ, а герой либо его усмиряет, либо пытается перевоспитать и перетянуть на свою сторону. Побеждает не Капитан Америка, Железный человек или Человек-паук, а гуманизм, политкорректность и мультикультурализм. В этом нет ничего зазорного, но когда дело дошло до неизбежных внутренних стычек (см. «Первый мститель: Противостояние»), то схема начала заметно пробуксовывать — в этом мире не может быть столкновений серьезнее бытовых ссор и недопонимания. А в «Черной пантере» исходные данные на порядок суровее, есть действительно интересная предыстория конфликта, но решение всех противоречий все равно происходит примерно следующим образом: «он прав, потому что он положительный герой».

В общем, кинематографическая ценность этого опуса довольно сомнительная, но есть и другой аспект, куда более важный и объясняющий единодушный успех ленты у американских критиков и зрителей. По большому счету, еще где-то с ухода Джона Фавро, Marvel стали не столько про кино, сколько про медиа. Рекламные кампании сделались неотъемлемой частью фильмов, а то и были куда интереснее их. Помимо относительно ненавязчивого фан-сервиса и пасхалок, связывающих франшизу, они отображали все важные социально-политические тренды современности, доходя до непосредственного участия в предвыборной гонке.

Уже сам факт выхода «Черной пантеры» в эпоху Social Justice Warriors и протестов афроамериканского населения был программным заявлением. Вполне конъюнктурным, но совершенно актуальным и своевременным. Раньше они говорили о важности глобального объединения, но не уточняли против кого. Теперь же их главный враг сидит в овальном кабинете. И воплощает не столько мнимый консерватизм, сколько изоляционную политику, которой по фильму раньше придерживалась Ваканда. Теперь же и они вышли из тени, осмыслили свои ошибки, а в одной из сцен главный герой декларирует: «Пока идиоты строят стены, мы строим мосты». Расовая проблема же развита гораздо остроумнее. Речь тут, к счастью, не о гнете «привилегированных белых мужчин», и даже не о важном для американской культуры мифе об освобождении от любого гнета, а о локальных конфликтах внутри довольно разобщенного чернокожего сообщества. То есть: «Виноваты не только они, но и мы». Не то чтобы эта мысль была хоть сколько-нибудь оригинальной, но в предельно раскаленной американской внутриполитической ситуации звучит по-своему примиряюще. Но все же главный посыл фильма сформулировали в российском шансоне: «Братва, не стреляйте друг друга».

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, пожалуйста!

Автор: Павел Пугачёв.

Комментарии: